Лучшему российскому фигуристу поставит программу знаменитая хореограф из Канады. РИА Новости рассказывает, почему Петр Гуменник обратился за помощью в Северной Америке.
Вышла замуж за русского
Участница трех Олимпиад и чемпионка мира 2003 года выступала в танцах на льду вместе с Виктором Краатцем, который переехал в Канаду из Швейцарии. На стиль и взгляды Ше-Линн огромное влияние оказали российские тренеры и хореографы. Дуэт Бурн/Краатц непродолжительное время тренировался у Марины Климовой и Сергея Пономаренко, почти шесть лет с ними проработала Наталья Дубова, а затем три сезона — Татьяна Тарасова и Николай Морозов. К чемпионскому титулу канадцев привел Морозов, который в то время был бойфрендом Бурн. В 2005 году они поженились и два года прожили в браке.»Ше-Линн — уникальная танцорша, — уверял Морозов во время ЧМ-2003 в Вашингтоне. — Убежден, что, выступая за Россию, она была бы уже двукратной олимпийской чемпионкой и многократной чемпионкой мира. А вот был бы сильнейший российский дуэт на высшей ступеньке пьедестала, выступая за Канаду, это еще вопрос».Интересно, что вариант с выступлением Бурн за Россию при ее согласии сменить фамилию на Морозову обсуждался. У Морозова тогда тренировался и американский дуэт Наоми Ланг/Петр Чернышев, а российский паспорт у Петра был. После триумфа на чемпионате мира в Вашингтоне Краатц, который был старше партнерши на три года, заявил о завершении карьеры, а вот у Бурн были нереализованные амбиции. Ей очень нравилось приезжать в Москву, и она готова была перебраться туда вместе с Морозовым. Только не сложилось. Да и ФФККР в новом олимпийском цикле сделала ставку на Татьяну Навку и Романа Костомарова.Бурн после развода с Морозовым второй раз вышла замуж и родила сына. Вспомнив уроки лучших российских хореографов, стала постановщиком. Хотя попробовала себя в качестве тренера, работая с канадским дуэтом Кейтлин Уивер/Эндрю Поже, и даже в кино снималась. Первой фигуристкой международного уровня, которой Бурн поставила программы, стала канадка Джоанни Рошетт.Очень быстро Бурн вошла в круг топовых специалистов, к которым обращались лучшие фигуристы мира. Что же привлекало их в ее работе?
Выдающиеся работы
В отличие от многих раскрученных коллег Бурн не ограничивалась задачей по вписыванию движений в музыку, а делала акцент на личность спортсмена, старалась подчеркнуть их индивидуальность.Начинала она с коротких программ, но затем перешла и на произвольные. Поставленная в сезоне-2015/2016 Юдзуру Ханю короткая «Сеймэй» так понравилась японцу, что он вернулся к ней в олимпийский сезон и выиграл в Пхенчхане свой второй олимпийский титул. Хотя и первый опыт сотрудничества Бурн и Ханю (произвольная «Призрак оперы» в сезоне-2014/2015) получился запоминающимся.История с возвращением в олимпийском сезоне к удачной постановке Бурн повторилась и у Натана Чена. «Богему» на музыку Шарля Азнавура он катал еще в сезоне-2019/2020, но в Пекине к ней вернулся. К шедеврам Чена относят и олимпийскую программу Пхенчхана Nemesis. Модерн — вообще очень сложный стиль для фигурного катания, но Бурн поставила программу так, что американский фигурист смотрелся в ней органично. В 2018-м ученик Арутюняна не стал олимпийским чемпионом, но не из-за постановки Бурн.В последние сезоны Ше-Линн работала с Ильей Малининым. Причем постановка к предолимпийскому сезону была признана настолько удачной, что ее решили придержать до Милана. И опять-таки, в том, что Король квадов не взял золото, постановщик не виновата.По мнению зарубежных экспертов, постановки Бурн позволяют раскрыться фигуристам. «Завтрак в Багдаде» Рики Кихиры, Hip Hip, Chin Chin Эшли Вагнер, Great Spirit Семы Уно, несколько программ Каори Сакамото до сих пор вызывают восхищение у публики. Трижды Бурн признавалась ISU лучшим хореографом сезона.Канадка ставила программы и россиянкам. Интересным был опыт сотрудничества с Еленой Радионовой в сезоне-2017/2018. Правда, произвольная «История любви» не помогла Елене пробиться в олимпийскую сборную Пхенчхана. Две программы, причем прямым конкуренткам, поставила Ше-Линн в сезоне-2019/2020, который получился скомканным из-за пандемии, хотя творения единодушно были признаны шедевральными, и короткая на музыку Астора Пьяццолы для Елизаветы Туктамышевой, и произвольная «Мемуары гейши» для Евгении Медведевой, которая тогда тренировалась у Брайана Орсера.Сама Евгения отмечала, что работа с Бурн поменяла ее взгляды на фигурное катание. При постановке Ше-Линн обращала внимание не только на музыку и особенности движений, но и на особую связь с японской культурой. А еще заставляла российскую фигуристку выходить из зоны комфорта. «Мемуары гейши» стали, по мнению Медведевой, одной из лучших ее программ за всю карьеру.К последнему олимпийскому сезону Бурн поставила программы представляющей Казахстан Софье Самоделкиной. «Чардаш» в короткой особенно удался. Это было совершенно не похоже на то, что ставили Софье в России. С ее произвольной выступил на Олимпиаде-2026 и еще один ученик Арутюняна, второй номер американкой сборной Эндрю Торгашев.Бурн не только одна из самых востребованных, но и одна из самых дорогих постановщиков. Средняя цена короткой программы для наших фигуристов у зарубежных специалистов составляет около 2500 евро. У Бенуа Ришо при его поточном методе даже дешевле. Туктамышева призналась, что за свою короткую программу заплатила канадке 8 тысяч долларов. Медведевой ее «Мемуары гейши» обошлись в 10.Для самого высокооплачиваемого российского фигуриста по итогам прошлого сезона Гуменника это не проблема. К советам Арутюняна участник Олимпиады-2016 прислушался, скорее всего, держа в уме перспективы возвращения на международную арену. Не стоит сравнивать постановки Бурн и российских специалистов Даниила Глейхенгауза и Ильи Авербуха, с которыми Гуменник сотрудничал в последние годы. Российским поклонникам фигурного катания «Дюна» и «Онегин» ближе и понятнее, но зарубежным арбитрам лучше заходят программы Бурн.»К тому же прекрасно понимаю, что драматические образы последних сезонов даются мне легче, но зацикливаться на них нельзя, — сказал Петр РИА Новости после возвращения с Олимпиады. — Нужно показать что-то новое и неожиданное». Музыку и идею новой постановки пока держат в секрете и сам Гуменник, и его тренер Вероника Дайнеко.
