Бывший главный тренер сборной России Борис Игнатьев скончался на 86-м году жизни. РИА Новости Спорт рассказывает, как этот добрейший человек выиграл чемпионат Европы с юниорами, руководил национальной командой в 20 матчах и сделал себе крутое имя в футболе.
Снял значок мастера спорта после замечания бабульки
Заниматься Игнатьев начинал в родной Москве, но, не пробившись в состав «Динамо», всю карьеру провел в клубах второй лиги. Кочевал из Ижевска в Горький, из Махачкалы в Подмосковье, из Целинограда в Уфу. «»В те годы многие футболисты, не попавшие в московские команды, ездили «поднимать футбол» в провинции, где обещали хорошие условия, — объяснял такую жизнь сам Игнатьев в интервью, которое довелось взять у него в конце 90-х. — Целыми бригадами выезжали, человек по шесть. Брали футболистов под конкретную задачу. Даже злостные нарушители спортивного режима прекращали его нарушать и пахали на совесть. Чемпионат заканчивался — мы по домам. Весной ждали гонцов из других городов».Такую вольготную жизнь Игнатьев завершил в 32 года, решив стать тренером. Работал с юношескими командами и уже в 1978 году был удостоен звания заслуженного тренера РСФСР. «Ко всем этим званиям еще в бытность игроком относился спокойно, — вспоминал Борис Петрович. — Когда играл за горьковскую «Волгу», стал мастером спорта. Надел значок на лацкан парадного пиджака, и однажды в трамвае какая-то бабулька, увидев его, сказала: «Думала, мастера спорта — здоровые ребята, а ты такой маленький!» Снял значок и больше его никогда не надевал».© РИА Новости / Руслан Кривобок | Перейти в медиабанкБорис Игнатьев© РИА Новости / Руслан КривобокПерейти в медиабанкБорис ИгнатьевУ Игнатьева был педагогический дар, который проявлялся в работе с юными дарованиями. «О Борисе Петровиче могу сказать только самые теплые слова, — признался РИА Новости экс-форвард юношеских сборных СССР и национальной команды России Сергей Кирьяков. — У Игнатьева в сборных играл с четырнадцати лет, и он всегда интересовался, как тренируюсь в московской ФШМ и учусь в школе. Перед чемпионатом Европы, на котором наша сборная завоевала золото, лидер команды Олег Саленко, которого Борис Петрович ценил и выделял, нарушил спортивный режим. Олег рано женился, и к нему на сборы супруга приехала. Игнатьев понимал, что не оставить нарушение без внимания нельзя, но и Саленко команде нужен. Он провел собрание, на котором объявил об отчислении Олега, но ребята взяли его на поруки. Об этом Игнатьев договорился с нами загодя».
«Пятьсот баксов — это в неделю или за день?»
Случались в его юношеских сборных СССР и курьезы. Однажды на построении он объявил: «Сейчас игра, а потом все в баню идем». Когда команда вышла на поле, обнаружилось, что нет Альберта Саркисяна. Армянский футболист плохо говорил по-русски и далеко не все понимал. Партнеры и тренерский штаб бросились его искать и обнаружили… в бане.В другой раз, когда команда возвращалась с турнира в Гонконге, он потерял дар речи, увидев в аэропорту количество видеотехники в багаже юных футболистов. Суточные-то были копеечные! Через много лет один из игроков той команды просветил тренера, что с ребятами поработали представители местных букмекерских контор. Нет, игры советские футболисты не сдавали, но таких грозных соперников, как сборные Таиланда и Камбоджи обыграли с «нужным» счетом.В начале 90-х у Игнатьева были предложения из-за рубежа, но он отверг их, получив приглашение от Павла Садырина стать ассистентом в сборной России. Тем более что вторым в этой же должности стал Юрий Семин, с которым Борис Петрович давно дружил. Остался Игнатьев в тренерском штабе национальной команды и после того как Садырина сменил Олег Романцев. Во время Евро-1996 даже рискнул посоветовать выпустить на поле еще одного своего любимца — Кирьякова. Только совету Романцев не последовал.© РИА Новости / Алексей Филиппов | Перейти в медиабанкМихаил Гершкович, Олег Романцев и Борис Игнатьев (слева направо)© РИА Новости / Алексей ФилипповПерейти в медиабанкМихаил Гершкович, Олег Романцев и Борис Игнатьев (слева направо)А после неудачного чемпионата для многих стало большой неожиданностью решение президента РФС поставить Игнатьева во главе сборной после отставки Романцева. Бориса Петровича считали идеальным тренером для юношеских команд и великолепным ассистентом главного тренера. Специалисты и журналисты постоянно подчеркивали, что у Игнатьева слишком мягкий характер. «»Не вполне представляю, что такое жесткий тренер, — парировал он. — Меня вот многие в мягкости упрекают, но, если сказал, что заезд на базу в полдень, тренировка в пять вечера, а отбой в 11, то так и будет. Неужели, чтобы заслужить репутацию жесткого тренера, нужно поливать игроков матом?»Проблема была, скорее, в другом, и ее Игнатьев обозначил в интервью в августе 1997 года после товарищеского матча сборных России и Югославии в Санкт-Петербурге. На трибунах «Петровского» собралось всего 9 тысяч зрителей. Играли российские футболисты без энтузиазма. «Сложно найти нужные слова для мотивации, — признался тогда Игнатьев. — У них миллионные контракты в клубах, вот и берегут ноги в единоборствах. А у меня зарплата 500 долларов».Когда о заработках российского коллеги узнал главный тренер сборной ФРГ Берти Фогтс, поинтересовался: «Это в неделю или за день?» Впрочем, сам Игнатьев никогда не ставил зарплату на первое место. Для него важнее была интересная работа и комфортные условия для нее. Только и с этим были большие проблемы.В отборочном цикле к ЧМ-1998 ему так и не удалось решить главную задачу. После игры на Кипре, завершившейся сенсационной ничьей, больше не появлялись в составе сборной России Валерий Карпин и Александр Мостовой. Хотя Борис Петрович был высокого мнения о них.Потом была скандальная игра в Софии, где чешский арбитр Вацлав Крондл просто убил сборную России, и стыковые матчи с итальянцами. Перед московской игрой Игнатьев даже не сумел получить в распоряжение сильнейших игроков из российских клубов. Их под разными предлогами не отпустили. После этого он подал в отставку. Президент РФС Вячеслав Колосков, обещавший, что Крондл будет судить объективно, не хотел ее принимать, считая, что тренерская чехарда в штабе национальной команды только усугубит ее проблемы. Но для Игнатьева оставаться было делом немыслимым.© РИА Новости / Владимир Федоренко | Перейти в медиабанкБорис Игнатьев (справа) и Вячеслав Колосков© РИА Новости / Владимир ФедоренкоПерейти в медиабанкБорис Игнатьев (справа) и Вячеслав КолосковПосле ухода из сборной он тренировал московское «Торпедо-ЗИЛ» и подмосковный «Сатурн». Был спортивным директором московского «Динамо», ассистировал Семину сначала в московском «Локомотиве», а затем в киевском «Динамо». В столице Украины жили и работали многие его бывшие ученики по юниорским и молодежным сборным СССР, но особой помощи Борису Петровичу оказать никто не спешил. Он не обижался. Говорил, что у каждого футболиста после завершения карьеры своя жизнь и свои интересы.Даже отойдя от тренерской деятельности, Игнатьев не ушел из футбола. Работал в техкоме РФС, входил в комитеты по детско-юношескому футболу и сборным. Не мелькал на телеэкранах в качестве эксперта, но всегда охотно давал интервью. Хотя в бытность главным тренером сборной испытал на себе всю желчь комментариев журналистов.В декабре Игнатьев не смог пригласить на 85-летие друзей, с которыми всегда отмечал дни рождения. Болезнь не позволила. Причиной смерти стали последствия онкологии и проблемы с сердцем.
